Клятва Гиппократа: споры, этика и реальные обязанности врача

Дата: 26.07.2025

Раздел: Аллергология и иммунология, Внутренние болезни, Гастроэнтерология, Гинекология и акушерство, Дерматология, Диагностика, Кардиология, Кардиохирургия, Неврология, Нейрохирургия, Общая хирургия, Онкогематология, Онкология, Ортопедия и травматология, Отоларингология (ЛОР), Офтальмология, Пластическая хирургия, Психиатрия и психология, Пульмонология, Радиотерапия и радиохирургия, Реабилитация, Ревматология, Репродуктология, Сексология, Сосудистая хирургия, Стоматология, Трансплантация органов, Урология, Челюстно-лицевая хирургия, Эндокринология

Автор: Дмитрий Синицын

Почти каждую неделю в соцсетях вспыхивают полемики о том, «что на самом деле написано» в древнегреческой Клятве Гиппократа — стоит лишь упомянуть запреты на аборты или эвтаназию, как ленты бурлят сотнями комментариев.

Поводами становятся и новые версии студенческих присяг, в которых спорные строки заменяют на более нейтральные, и громкие случаи ассистированного суицида, ставящие врачей перед тяжелейшим моральным выбором. Одни считают, что клятва давно устарела и должна уступить место современным кодексам (например, Декларации Женевы, пересмотренной в 2017 г.), другие защищают её как «неприкасаемый фундамент» медицинской морали.

К чему действительно обязывает классическая клятва

Ключевой принцип	Формулировка в оригинале	Что это значит сегодня
Благонравие и “не навреди”	«ἐπὶ δηλήσει δὲ καὶ ἀδικίῃ εἴρξειν» — «удержусь от вреда и несправедливости»	Основал принцип non-maleficence; запрещает умышленно причинять пациенту зло.
Приоритет пользы пациента	«Διαιτήμασί τε χρήσομαι ἐπ᾽ ὠφελείῃ καμνόντων»	Лечебные решения принимаются в интересах больного, а не врача или третьих лиц.
Запрет эвтаназии и смертельных средств	«οὐ δώσω φάρμακον … θανάσιμον»	В классическом тексте прямой отказ от участия во “врачебном убийстве”. В современных кодексах этот пункт трактуется по-разному, особенно в странах, где ассистированное прекращение жизни легализовано.
Запрет абортивных средств	«οὐδὲ γυναικὶ πεσσὸν φθόριον δώσω»	Источник споров: многие современные присяги эту строку опускают.
Профессиональная ограниченность	«οὐ τεμέω … ἐκχωρήσω ἐργάτῃσιν» — отказ от хирургии камней	Напоминание о границах компетенции и необходимости направлять к специалисту.
Соблюдение тайны	«ἃ μὴ χρὴ … σιγήσομαι»	Прототип врачебной тайны и нормы конфиденциальности.
Учитель–ученик, долг наставничества	«διδάξειν … ἄνευ μισθοῦ»	Обязывает передавать знания ученикам и детям учителя безвозмездно, формируя преемственность профессии.

Важно:

Современный врач, давая присягу по обновлённым формам (например, «Клятва врача Российской Федерации» или «Декларация Женевы»), формально не связан дословными запретами античного текста, но его ключевые идеи — благо пациента, конфиденциальность, непричинение вреда — остаются ядром профессиональной этики.

Полный текст клятвы

Оригинал на древнегреческом (издание Loeb Classical Library, 1923)

Ὄμνυμι Ἀπόλλωνα ἰητρὸν, καὶ Ἀσκληπιὸν, καὶ Ὑγείαν, καὶ Πανάκειαν, καὶ θεοὺς πάντας τε καὶ πάσας, ἵστορας ποιεύμενος, ἐπιτελέα ποιήσειν κατὰ δύναμιν καὶ κρίσιν ἐμὴν ὅρκον τόνδε καὶ ξυγγραφὴν τήνδε.

Ἡγήσασθαι μὲν τὸν διδάξαντά με τὴν τέχνην ταύτην ἴσα γενέτῃσιν ἐμοῖσι, καὶ βίου κοινώσασθαι, καὶ χρεῶν χρηίζοντι μετάδοσιν ποιήσασθαι, καὶ γένος τὸ ἐξ̣ ἐκείνου ἀδελφοῖς ἴσον ἐπικρινέειν ἄρρεσι· καὶ διδάξειν τὴν τέχνην ταύτην, ἢν χρηΐζωσι μανθάνειν, ἄνευ μισθοῦ καὶ ξυγγραφῆς, παραγγελίης τε καὶ ἀκροήσιος καὶ τῆς λοιπῆς ἁπάσης μαθήσιος μετάδοσιν ποιήσασθαι υἱοῖσί τε ἐμοῖσι, καὶ τοῖσι τοῦ ἐμὲ διδάξαντος, καὶ μαθηταῖσι συγγεγραμμένοισί τε καὶ ὡρκισμένοις νόμῳ ἰητρικῷ, ἄλλῳ δὲ οὐδενί.

Διαιτήμασί τε χρήσομαι ἐπ᾽ ὠφελείῃ καμνόντων κατὰ δύναμιν καὶ κρίσιν ἐμὴν, ἐπὶ δηλήσει δὲ καὶ ἀδικίῃ εἴρξειν.

Οὐ δώσω δὲ οὐδὲ φάρμακον οὐδενὶ αἰτηθεὶς θανάσιμον, οὐδὲ ὑφηγήσομαι ξυμβουλίην τοιήνδε· ὁμοίως δὲ οὐδὲ γυναικὶ πεσσὸν φθόριον δώσω. Ἁγνῶς δὲ καὶ ὁσίως διατηρήσω βίον τὸν ἐμὸν καὶ τέχνην τὴν ἐμήν.

Οὐ τεμέω δὲ, οὐδὲ μὴν λιθιῶντας· ἐκχωρήσω δὲ ἐργάτῃσιν ἀνδράσι πρήξιος τῆσδε.

Ἐς οἰκίας δὲ ὁκόσας ἂν ἐσίω, ἐσελεύσομαι ἐπ᾽ ὠφελείῃ καμνόντων, ἐκτὸς ἐὼν πάσης ἀδικίης ἑκουσίης καὶ φθορίης, τῆς τε ἄλλης καὶ ἀφροδισίων ἔργων ἐπὶ γυναικείων σωμάτων καὶ ἀνδρῴων, ἐλευθέρων τε καὶ δούλων.

Ἃ δ᾽ ἂν ἐν θεραπείῃ ἢ ἴδω ἢ ἀκούσω ἢ καὶ ἄνευ θεραπείης κατὰ βίον ἀνθρώπων, ἃ μὴ χρὴ ποτὲ ἐκλαλέεσθαι ἔξω, σιγήσομαι, ἄρρητα ἡγούμενος εἶναι τὰ τοιαῦτα.

Ὅρκον μὲν οὖν μοι τόνδε ἐπιτελέα ποιέοντι καὶ μὴ συγχέοντι, εἴη ἐπαύρασθαι καὶ βίου καὶ τέχνης, δοξαζομένῳ παρὰ πᾶσιν ἀνθρώποισιν ἐς τὸν αἰεὶ χρόνον· παραβαίνοντι δὲ καὶ ἐπιορκοῦντι, τἀναντία τούτων.

Русский перевод (В. И. Руднев, 1994)

Клянусь Аполлоном-врачом, Асклепием, Гигиеей и Панакеей, всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, согласно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство:

считать научившего меня врачебному искусству наравне с моими родителями, делиться с ним своим достатком и, если понадобится, помогать ему в его нуждах; его потомство считать своими братьями и, если они пожелают изучать это искусство, обучать их безвозмездно и без всякого договора; наставления, устные уроки и всё остальное в учении сообщать своим сыновьям, сыновьям своего учителя и ученикам, связанным обязательством и клятвой по медицинскому закону, но никому другому.

Я направляю режим больных к их выгоде, согласно моим силам и моему разумению, воздерживаясь от причинения вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не укажу пути для подобного замысла; точно так же я не вручу никакой женщине абортивного пессария. Чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь и своё искусство. Я ни в коем случае не буду делать сечения у страдающих каменной болезнью, предоставив это людям, занимающимся этим делом.

В какой бы дом я ни вошёл, я войду туда для пользы больного, будучи далёк от всякого намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободными и рабами.

Что бы при лечении или без лечения я ни увидел или ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует разглашать, я умолчу, считая подобное тайной. Мне, нерушимо выполняющему эту клятву, да будет дано счастье в жизни и в искусстве и слава у всех людей на вечные времена; преступающему же и дающему ложную клятву да будет обратное.

Итак: Клятва Гиппократа — это не строгий юридический контракт, а символический этический ориентир. Несмотря на древность, она продолжает задавать рамки доверия между врачом и пациентом, а её спорные пункты стимулируют общество постоянно обновлять профессиональные нормы медицины.